:

Виктор Иванiв: ХОД ИПОХОНДРИИ и четыре стихотворения

In ДВОЕТОЧИЕ: 8 on 20.07.2010 at 21:35

1.
Колокольчик на шее пускай побренчит
У ручья на горе остановится взгляд
Преломили мы камень и наш Берешит
Для заклания жертву себе углядит
Среди черных и пегих и рыжих тех стад

Что пасутся по склонам где ягель живой
Наливается лампочкой красной хурмой
Виноградины глаз или мордой немой
Молчаливо к тебе подойти разрешит
И преткнется о камень и будет хромой
Бить в посудину только людей насмешит

На своем на щите начертай ты рукой
Не дрожащей двуперстной мелком угольком
Свой девиз я на досках плясал босиком
Вынимая занозы за шею клюкой
Не хватал и не красил тебе панибрат
Не срывал с руки перстень на двадцать карат
Не шептался с Фомой не считался лукой

И не знал где обмана где правды примат
Только слез был твоих голубой водопад
И как куколка детская весь перешит
Если только солома торчит из заплат
И кувшин золотой и колодезь пустой
И плешивый плюется плешивый спешит
Не успеет попробовать крови святой
И разлукой ночною не выбелит сад

Лишь морозный румянец звездою степной
Где заснул под сырою гнилою копной
Иль фонарные полосы небо пестрят
И откуда-то сбоку глядит долгопят
Как струит издалека ущербной Луной
И святою водою тебя окропят
Полем девичьим плачем и так порешит
Что назавтра своих не узнает опять
Что у ног твоих верной собакой лежит

2.
Как после разговора со стариком,
всю ночь тревожит бессонный шепот
или вдруг Валю вспомнит с Кариком
и их укладывает в мешок он

и года старого високосного
колосья срублены и плачет Валя
простреленной височной костью
по сторонам кроваво поливая

но новой кровью покрасневшие
опять срастаются колосья
и человеку обгоревшему
в рот виноградны вкладывает гроздья

то гроздья гнева и геенною
открытою на свет выходят божий
и время песню заводить военную
и Карик плачет мальчик краснокожий

3.
От вывесок горящих радугой золотой
До выстрелов зажегших в небе фейер
В морозный день бочоночком лото
Я стану в клеточке под буквой Ве-Ер

и будут думать яблоки в гусе
рождественском и жарко мертвом
как бы об эфиопском негусе
чья голова венчает этот торт мне

и этот крестик точно леденец
горит на куполе свисая с полотенец
считает деньги праведный делец
и всякий раз рождается младенец

рождается и будут уверять
что в скрипе петель голос детский слышен
как будто бы не будут умирать
те чьи глаза спелее крови вишен

4.
Смотрю я на красные банты
Я знал голова это шар
Который у племени банту
Один лишь гигантский шаг

Когда африканские звезды
Тебя по небу ведут
И дышат конские ноздри
И очи горят как ртуть

твоя откроется рака
и буквы горящий квадрат
превыше могильного страха
небесной водки ведра

полуночный полк твой, четверка,
и умерший заново в смерть
той комнаты падает створка
где кровию банта краснеть


ХОД ИПОХОНДРИИ

Кто остановится между правдой и ложью
Кто знает одно я тебя уничтожу
И участь свою не отягчит испытанием
Ни новой жизни не даст искупленья
Ни новой смертью умножит мучения
И преподаст нам основы питания
Лепту свою вознесет
А после тревожно
Вдруг задрожит и к тому
что было и есть невозможно
в Кнессета ум возведет

первому в букве явленному атому
к школьному ватману ногами ватными
к краскам гуашевым в новом экзамене
и ученическим к боли сердцами нем
кто возопит и во сне бормотать
будет и присно и падать без памяти
язвами звезды зажжет
биться двумя головными висками тел
учениками иду как тать
и к водороду азот

так не прибавит что в опыте бешеной
крови не говорит как помешанный
в слове не видит черт жизни той
той только той что нас не касается
и на людей ненароком бросается
страхом веселым
вспомнится все нам
кислое сладкое уксус и соль
вплоть до пропущенной запятой

в комнате елочный шар золотой
отобразит лицо твое зеркалом
или же детством навек исковерканным
что ложноножкой растет
и распускается чревовещательно
или манту дает отрицательным
жалит тебя пятой
и из груди идет вынимать
икс под горячей плитой
игрек свинцовый кастет

явится вдруг обезьяньею мордою
детство твое первое хордою
и земноводная мать
плакать и требовать жалится холодно
или же в сердце жидкое олово
мыльною пеною
будет стремать
и на поминках небесное колево
темною веною
кровь наливать

или в твой ум никак не втемяшится
то что бечевочкой тонкою кажется
или зажмурившись
выведать гроздь
в пятки уйдет душа великанская
впрок не пойдет вам кровь пеликанская
только прищурится
черный твой дрозд

на твоих поминках старая мать моя
ходишь одна как в невестином платье
одна с веретенцем
светит в оконце
в фильме немом
и в страшный суд небесное воинство
только в купели у проруби моется
сонно прощается
с юным Христом

ты рассказал что плачет веревка
лишь о повешенном детскою бровкой
и колыбельная
морщит свой лоб
с Лениным Дельвигом
пляшет сонм плакальщиц
в туфельках новеньких прячется лакомка
глобус укладывает
снова во гроб

ВИКТОР ИВАНIВ: ivaniv



































Реклама